- Здравствуй, Ваня... - я поставила в банку цветы и опустилась на скамейку. - Ну как ты там? У меня всё нормально, только очень скучаю по тебе. И по ребятам тоже. Передавай им привет, хорошо?
- я говорила вслух, но людям, проходящим мимо, это не казалось странным - на кладбище многие разговаривают с умершими.
... Весной 2019 года в нашей семье начались финансовые проблемы. С деньгами стало совсем паршиво, поэтому мы с мужем решили провести отпуск (отдыхать-то всё равно нужно!) не на море, как обычно, а на берегу Оки.
Наш эконом-вариант поддержали друзья - две супружеские пары: Рита с Пашей и Вера с Денисом.
Поскольку мы ехали не на уик-энд, а на две недели, лагерь оборудовали с максимальным комфортом.
Кроме палаток, натянули два тента - один над "кухней", второй над большим столом, поставили походный туалет, вырыли погреб для скоропортящихся продуктов - колбасы, сыра, масла...
Отдохнули мы замечательно, поэтому на следующий год, несмотря на то что с финансами стало полегче, решили провести отпуск на том же месте и в том же составе. Последнее получилось, а вот наше место оказалось занято.
Весь берег был густо усеян "стоянками" туристов, однако спустя полчаса нам всё же удалось найти славную полянку.
Стали обустраиваться.
Мы с девчонками разбирали съестные припасы, Денис с Пашей ставили палатки и тенты, муж копал погреб.
Около полудня Ваня окликнул меня:
- Оленька, я закончил, тащи сюда продукты!
Продуктов было много, и я попросила Веру и Риту помочь. Их мужья потянулись за нами - посмотреть, каким вышел "холодильник".
- Надо бы углубить ещё хоть на полметра, - сказал Денис. - Жара вон какая жуткая стоит...
- Уже 35 в тени, - поддакнул Паша. - Если не углубить, то за сутки всё испортится.
Ваня устало вытер пот со лба, что-то буркнул себе под нос, но спорить не стал - вонзил лопату в твёрдую глинистую землю. Остальные (кроме Веры - она отошла к столу и принялась чистить картошку) скопились возле ямы: во-первых, всем хотелось немного передохнуть, а во-вторых, как известно, можно бесконечно смотреть на три вещи: на огонь, на воду и на то, как работает другой человек.
А с этой точки открывался отличный вид и на реку, и на костёр с подвешенным над ним котелком, и на Ваню, копающего погреб.
Поэтому мы и стояли кружком, перебрасываясь между собой шутками и прибаутками.
Вдруг мы все явственно услышали, как штык лопаты ударился обо что-то твёрдое.
- Наверное, корень дерева, - предположил Паша.
Но Денис отрицательно покачал головой: - Нет, это не корень. И не камень - звук был такой, словно металл с металлом столкнулся...
- А вдруг это клад? - хохотнул Ваня и с молодецким "И-эх!" всадил лопату в грунт по самый черенок.
В следующую секунду раздался сильнейший взрыв, и по глазам полоснула ослепительная вспышка.
Я оглохла, ослепла, и меня накрыла БОЛЬ. Даже не знала, что она бывает такой запредельной, каждая клеточка тела - сгусток невыносимого страдания.
Так и не поняла: действительно ли удалось открыть глаза или всё померещилось, только вдруг увидела над собой белое от зноя небо.
Потом скосила взгляд и чуть не закричала: на траве валялись окровавленные куски плоти, а там, где должны были быть мои ноги, - только жуткое месиво.
"Наверное, у меня тепловой удар и галлюцинации", - мелькнула мысль.
Снова стало темно, но галлюцинации (уже слуховые) продолжились, потому что один раз почудилось, как далёкий незнакомый голос сказал:
"Наверное, снаряд ещё с войны лежал... Может, успеем довезти...", а второй раз:
"Всё, остановка сердца..."
Потом снова вспышки и почти сразу после этого я пришла в себя. Первое, что увидела, - пронзительно-голубое небо над головой. Удивилась: ведь совсем недавно оно было совсем другим - молочно-белым маревом.
"Ну правильно, жара спала, вот оно и поголубело", - подумала, ощутив вместо недавнего изнуряющего зноя приятное тепло.
Поднялась, почувствовав в теле удивительную лёгкость. Вспомнив недавнее страшное видение, машинально взглянула на ноги. Всё с ними в порядке, собственно, иначе и быть не могло.
На душе стало удивительно хорошо и спокойно, как никогда в жизни. Всё-таки общение с природой - великое дело. Это всегда дарит горожанину умиротворение.
Я осмотрелась вокруг. Та же самая поляна, в просветах кустов виднеется бирюзовая гладь реки.
Странно, что утром не обратила внимания, какая здесь шелковистая трава - словно не июль, а начало мая. Чуть поодаль стояли Ваня и ребята, они улыбались и призывно махали мне руками. Я тоже махнула, мол, иду, и направилась к ним, но вдруг остановилась в растерянности: а где же палатки, тенты?
Пока я тут валялась с солнечным ударом, перенесли в другое место? А где кострище, а яма погреба?
Ваня окликнул меня: "Оля, пойдём, нам нужно спешить..."
- А где Вера? - крикнула я. - Она с нами не пойдёт...
Я пожала плечами (вечные Веркины капризы!) и сделала было несколько шагов навстречу мужу, но тут из-за дерева вышла моя бабушка... умершая пять лет назад.
- Ты почему здесь? - пробормотала я удивлённо.
- Вот, пришла тебя встретить! - улыбнулась она немного грустно.
- Оля, ты идёшь? - опять позвал меня Ваня. - Ведь нас ждут!
И тут над моим ухом снова раздался бесплотный голос: "Разряд, ещё разряд. Кажется запустили..."
- Извини, Ванечка, я не пойду с тобой, - сказала я и снова провалилась в глубокую и вязкую темноту.
... Я погладила фотографию на памятнике, поправила ремни на протезе, с трудом поднялась: "Пока, родной, не скучай тут без меня..."
Проходившие мимо люди не удивлялись - на кладбище многие разговаривают с умершими, потому что верят в загробный мир. Я не просто верю - я знаю, потому что побывала там... Ольга.
из журнала "Мистические истории" № 3 \ 2026
материал подготовила Ангелина Ч., г. Москва
Русский
English
Deutsch
Français
Español
Italiano
Nederlands
svenska
suomi
中文（简体）
العربية">العربية
日本語
