Сегодня Интернет может предоставить доступ практически к любому произведению, будь то художественная литература или сугубо специфичная. Но ещё 30 лет назад интеллектуальная публика пачками поглощала книги.
Неудивительно, что шедевры мировой литературы или исторические опусы сметали с полок магазинов. А раз спрос превышал предложение, значит быстро возникли люди, решившие на этом заработать.
Советский Союз был самой читающей страной в мире. Проблема в том, что миллионные тиражи приходились на воспоминания Брежнева, а Дюма или Пикуль издавались ограниченным партиями.
Прибыльная макулатура
Ещё в начале 1960-х годов в советских книжных магазинах свободно продавались такие бестселлеры, как "Три мушкетёра" Дюма или "Капитан Немо" Жюля Верна.
Да и другие шедевры мировой литературы пользовались умеренным спросом. Всё начало меняться в конце этого же десятилетия, а выставленные в продаже книги стали исчезать из магазинов за считанные часы.
Причин этому несколько.
Первая - возросший материальный достаток советских граждан. После того как население насытилось хлебом, оно захотело зрелищ, к коим увлекательный роман можно отнести без всякой натяжки.
Вторая - в стране выросло новое поколение, интеллектуальная молодёжь хотела духовной пищи, которую она могла черпать из книг. Именно в те времена стало престижным иметь дома хорошую библиотеку из классиков и модернистов.
Но на всех желающих прочесть Фейхтвангера и Стендаля книг не хватало. К тому же библиотеки стали собирать и те, кто эти книги не брал в руки, - "элита" советского общества: работники торговли, общепита, чиновники и партийные руководители. Это было престижно, равно как и иметь югославские сапоги, румынскую стенку или площ из ГДР.
Власти начали думать, что делать. И кое-что придумали...
В 1974 году в СССР устроили необычный эксперимент: приносишь 20 кг макулатуры и получаешь от приёмщика талон на приобретение дефицитной книги.
За двухтомник нужно было притащить уже 40 кг бумаги.
И отдельные личности умудрялись зарабатывать на этом деньги - пусть и небольшие.
Например, дворники могли складывать куски картона и те же газеты в подсобке, а потом тащить их в пункт приёма.
Книги им были даром не нужны, а вот талончики они продавали за "пятерик" "очкастому интеллигенту из 15-й квартиры". А на 5 рублей в 1970-е можно было приобрести бутылку водки и бутылку портвейна.
Таким же "бизнесом" занимались и предприимчивые пионеры. Эти ходили по квартирам и спрашивали: "Макулатура есть?"
Граждане избавлялись от хлама, а мальцы тащили их газеты и журналы в пункт приёма макулатуры.
Нет, среди пионеров были и такие, кто и сам был рад новому томику Жюля Верна, но многие просто продавали талон на приобретение дефицитной книги желающим.
Магазин "Советская книга"
Для понимания вопроса добавим, что в рамках "макулатурной" серии в СССР успели издать 117 наименований книг. Среди них: произведения Дюма, верна, Сабатини, Тынянова, Купера, Киплинга, Экзюпери, Родари, Штильмарка, Драйзера, Фейхтвангера, Сенкевича.
Советские интеллектуалы за эти книги могли отдать последние деньги. Да и обычные граждане, мало-мальски разбиравшиеся в литературе, тоже были неравнодушны к детективам, приключенческим и историческим романам. Некий житель Минска решил собрать все книги Александра Дюма о мушкетёрах, для чего принёс в пункт вторсырья полные собрания сочинений Ленина и Горького. Надо ли говорить, что Горького ещё взяли, а вот Ленина считать макулатурой приёмщик не осмелился.
Дефицит хороших книг лил воду на рост книжной спекуляции. Интеллектуалы могли потратить на книги едва ли не половину и без того невысокой зарплаты.
Так, "Альтиста Данилова" и "Мастера и Маргариту" в начале 1980-х продавали по 35 рублей. Разумеется, не в книжном магазине, где государственная цена редко превышала 2 рубля, а на толкучке.
Таковая имелась в каждом более-менее крупном городе.
Например, в Горьком (Нижний Новгород) она находилась у стен Печёрского монастыря. Здесь даже были свои зашифрованные термины. Так, запрещённую книгу Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ" букинисты называли "Таинственным островом".
В Москве поклонники качественного чтива приходили на Кузнецкий мост. За сборник Мандельштама из серии "Библиотека поэта" здесь отдавали 250 рублей - это больше средней зарплаты по стране.
Двухтомник Цветаевой стоил 50 руб., а книги Агаты Кристи забирали за 30-40 рублей.
В Ленинграде любители редких изданий собирались в садике на Литейном проспекте, позади магазина "Иностранная книга".
А кто же был выгодоприобретателем этого книжного бума? Этот вопрос не имеет однозначного ответа.
Начнём с того, что директор книжного магазина в негласной табели о рангах советского общества стоял немного ниже директора гастронома или мебельного. Все хотели иметь дома классную библиотеку, а редких книг в свободной продаже не было. Поэтому поступавшие в магазин томики Стругацких или Лемма в продажу "выкидывались" (именно такой термин и использовался) разве что чудом. Ибо все эти книги были отложены для нужных людей: для Ивана Ивановича из парткома, Марии Сергеевны из стоматологии, Петра Петровича из автосервиса и так далее.
Нужные люди получали дефицитные книги, а директор, товаровед и продавцы книжного магазина получали то, что было дороже советских рублей, - блат и связи.
Ну а деньги?! Конечно, дополнительные доходы тоже были. Просто часть этих книг откладывалось для тех самых книжных фарцовщиков. Именно тех, кто толкал Цветаеву за 50 рублей, а Мандельштама - за 250!
Именно эти люди приобретали дефицитные издания по двойному или тройному ценнику, а разница шла в карманы тех самых товароведа и директора.
Русский
English
Deutsch
Français
Español
Italiano
Nederlands
svenska
suomi
中文（简体）
العربية">العربية
日本語
