Во время учёбы в институте я и мои друзья - студенты решили к Новому году сделать постановку "Евгения Онегина".
Я занималась сценарием.
Самоуверенная актриса
На роль Онегина сразу согласился Андрей, которому я тайно симпатизировала, - высокий парень, остроумный, замечательный собеседник.
Ленским стал Коля - романтичный, немного застенчивый. пишущий стихи.
До роли Ольги снизошла Лера Астахова, первая красавица потока, дочь зам. декана.
Коля был безнадёжно влюблён в неё, так что сюжетная линия просматривалась чётко.
А вот с ролью Татьяны пришлось помучаться.
Пробовались многие девушки, но не чувствовалось в них сочетания трепетности, женственности, нежности с твёрдым характером - ведь не каждая в те времена была способной признаться мужчине в любви первой.
Я уже отчаялась, когда на роль Татьяны сама себя утвердила особа, крайне мне неприятная из-за своей самоуверенности и твёрдого убеждения, что мир должен постоянно падать к её ногам.
Она пришла и сказала: -- Это моя роль ! Никто не возразил. Необузданная страсть
Я играла Пушкина, выходила на сцену, нахлобучив парик. Мне надо было с любовью смотреть на Татьяну, ведь, как известно, поэт благоволил своей героине, но у меня не получалось.
Мне не нравилась эта девушка - и я ничего не могла с собой поделать.
Нет, она произносила текст, сама раздобыла подходящее платье, сделала причёску, не жаловалась, что приходилось зубрить стихи... Но души в её игре не было. Она вообще наполнила образ Лариной какой-то необузданной страстью, и Онегин сторонился её на сцене, хотя Андрею было приятно, что его буквально пожирали глазами.
Я на репетициях долго и упорно объясняла героине, как нужно играть. Она, смеясь, поправляла мне парик и говорила : - Не ревнуй, Пушкин, Андрюха будет моим!
На генеральный прогон спектакля пришли преподаватели потока. Я немного нервничала, но, загримировавшись, успокоилась и держала ситуацию под контролем - пока в сцене с известным письмом Татьяны, которые она должна читать в одиночестве, страдая и борясь с собой, моя героиня не произнесла : -- А вас, Онегин, я попрошу остаться! Слишком смелый эпизод
В моём сценарии такого не было. Я схватила Андрея-Онегина за локоть, пытаясь увести его со сцены, но героиня с надрывом начала декламировать: -- Я к вам пишу - чего же боле ? Что я ещё могу сказать?
Она надвигалась на опешившего Онегина и пытавшегося увести его со сцены Пушкина, её глаза горели, она явно признавалась Андрею в своих чувствах.
Зал замер. На последних словах монолога героиня закрыла глаза и потянулась к Онегину - явно для поцелуя.
Но тот усмехнулся и легонько подтолкнул ей навстречу меня. Поцелуй Татьяны достался Пушкину ! В зале захихикали. Я была в трансе, героиня - в шоке. Ленский и Ольга из-за кулис взирали на всё это с удивлением.
После репетиции декан отозвал меня в сторону и сказал: -- Мой дорогой друг, всё прекрасно, чувственно. И Пушкин вы замечательный. Но у нас всё-таки не театр Романа Виктюка.
Хотя я не против экспериментов, но, может быть обойдёмся без этого смелого жеста ? Я обещала подумать. На премьере в канун Нового года я держалась от Татьяны на безопасном расстоянии. Спектакль прошел с огромным успехом. автор текста Наринэ Владимировна АНДРОНИКЯН, г. Москва.
Актеры и роли в фильме - опере
медведев-онегин
шенгелая-татьяна
озеров-ленский
немоляева-ольга
петров-гремин
порудолинская-няня
богданова-гостья
васильев-скотинин
трусов - помещик
----
САМОЛЁТ ДЛЯ ПСИХА
Эту историю рассказал мне мой сосед по даче Николай Петрович:
-- Будучи молодым специалистом, я несколько лет проработал врачом в нашей городской психбольнице. Насмотрелся всякого, но особенно мне запомнился этот случай. В палате с Наполеоном.
Привезли к нам старичка. Он потерял сознание на улице от жары, а придя в себя, стал требовать персональный самолёт.
Звоните, говорит в Москву по такому-то номеру, за мной пришлют лайнер. Имя и фамилию называть напрочь отказывался, затеял скандал, а потом притих и только подозрительно поглядывал на окружающих. Привезли его к нам подлечиться от мании величия.
Дед ужасно разозлился, когда его поместили в палату с Наполеоном, и настойчиво продолжал требовать персональный самолёт. Лекарства выплёвывал, от шприцов уворачивался. Чтобы провести процедуру, приходилось вызывать двух медбратьев. Машины спецслужб.
Наконец кто-то из студентов-медиков из любопытства взял да и позвонил в Москву по названному дедом номеру. Сначала его долго допрашивали, где он взял этот номер, а потом приказали выставить охрану у палаты и никого близко не подпускать.
И что вы думаете? Через несколько минут на территорию больницы въехали машины спецслужб. Старичка с почётом усадили в одну из них и отвезли на аэродром, куда за ним действительно прилетел персональный самолёт.
На следующий день наш главврач был уволен. Оказалось, старичок был гением-авиаконструктором. Работал на сверхсекретном объекте в Подмосковье, а родом был из нашего города.
Приехал в Казань к дочери, а тут такая история приключилась. Фамилию же свою назвать отказывался по причине секретности. автор текста Сергей Григорьевич РАБИНОВИЧ, г. Казань.
----
СКВОЗЬ ПРОСТРАНСТВО И ВРЕМЯ
История, которую хочу я рассказать, приключилась в конце 1970-х годов.
Мой отец, второй пилот самолёта гражданской авиации, иногда брал меня с собой в рейс. Странный туман.
Однажды отец взял меня в Адлер, пообещав, что в перерыве между полётами туда и обратно мы искупаемся в море.
За полчаса до вылета папа провёл меня в кабину пилотов и приказал сидеть тихо. Всё же возить посторонних там не полагалось.
Мы взлетели, предстояло провести в воздухе около двух часов.
Но где-то на середине пути самолет попал в странный туман. Он был только по бокам, земля внизу хорошо просматривалась.
- Что-то мне это не нравится, - проворчал командир.
А туман вдруг начал сгущаться. Самолёт оказался в сплошном белом молоке. Мне показалось, что скорость лайнера внезапно возросла.
По моим ощущениям, самолёт превратился в ракету. Он со страшной скоростью нёсся куда-то в белом тумане, а впереди образовалось странное
завихрение в виде огромной воронки. В эту воронку и летел самолёт. На полчаса раньше.
Стрелки приборов стали крутиться, как - будто сломались. Командир запросил землю и получил ответ:
-- Вы пропали с радаров, мы вас не видим.
После этого связь оборвалась. Самолёт продолжал нестись куда-то в центр воронки. Потом туман куда-то пропал. Внизу было какое-то побережье -- зелёная земля и синяя вода.
-- Ну, прилетели! - с облегчением выдохнул мой отец.
-- Прилетели. Только бы знать куда, -- проговорил командир.
-- Это же наш район! Лётчики стали обсуждать, где находится самолёт. И горы, и линия побережья были незнакомы.
Потом самолёт опять окутал туман, и стрелки приборов обратно заплясали. Лайнер опять пронёсся сквозь какую-то воронку. Но после неё для пилотов всё внизу оказалось знакомым.
Когда приземлились, выяснилось, что самолёт прилетел на полчаса раньше, чем планировалось. Отец попросил меня никому не рассказывать об этом случае: сказал, что могут не поверить, а лётчиков, у которых бывают галлюцинации, списывают.
Сейчас я думаю, что самолёт на несколько минут выпал из нашего пространства и времени. Но в семидесятые годы о таком никто не говорил и не писал. автор текста Елена МОРОЗОВА, г. САРАТОВ
Русский
English
Deutsch
Français
Español
Italiano
Nederlands
svenska
suomi
中文（简体）
العربية">العربية
日本語
История, которую хочу я рассказать, приключилась в конце 1970-х годов.
